МИССИОНЕРСКИЕ БЕСЕДЫ

По благословению духовника сестричества во имя прпмчц Елизаветы (хоспис №1),  настоятеля храма св. ап. Петра в Лахте иерея Андрея Мунтяна, в рамках Программы православных журналистов «Армия Любви» предлагается цикл миссионерских бесед для младшего медицинского персонала больниц и хосписов, а  также для прихожан больничных храмов, -  на тему «Христианский подход к пациенту – надежда на духовное выживание общества».

  • Для чего нужны группы милосердия при больничных приходах и как их организовать?
  • Возможен ли компромисс между коммерциализацией медицины и христианским подходом к пациентам?
  • Что подразумевает христианский подход под качеством жизни больного и достойным уходом для умирающего? Примеры из практики старейшего в СПб Елизаветинского сестричества (работает с 1994 года).
  • Образ сестры милосердия в воспоминаниях исторических личностей.

И другие, в том числе специальные, темы будут обсуждаться в беседах. 

Тексты бесед будут публиковаться на сайтах: храма св. ап. Петра, сестричества, православного пресс-клуба «Миссия», а также в виде ссылок предлагаться на сайты больничных приходов и лечебных учреждений.

По материалам миссионерских бесед планируется издание книги для невоцерковленного младшего медперсонала.

Уважаемым епархиальным изданиям предлагается участие в программе бесед как в виде публикаций на своих страницах текстов самих бесед или статей новостного формата, так и совместного с сестричеством проведения итогового круглого стола на тему «Обмен опытом между приходскими группами милосердия» - в редакциях изданий.

Беседа 1.   Лекарство от вымирания.

Опубликована 09.07.2012,

http://www.cofe.ru/blagovest/article.asp?heading=27&article=14656

Неважно, в поликлинике, больнице или в хосписе достойная жизнь пациента предполагает не только качественный уход за ним, хорошие бытовые условия и современную медицинскую технику, сколько возможность успокоения или исцеления израненной болезнью, пренебрежением к его проблемам и страхом смерти человеческой души. Православный врач или сестра милосердия – совершенно особые пути, воедино связывающие человеческие судьбы и промысел Божий. Эти профессии близки к священническому служению: исцеляя болезни телесные, врачуют недуги душевные.  Это путь сопротивления коммерциализации отношений между врачом и больным, обездушивающей эти отношения, как всякий бизнес на спасении. Не может наша медицина одновременно служить и Богу, и мамоне, ведь не секрет, что ей при всех ее достижениях выгодны и социальное расслоение общества, и уровень заболеваемости, и недостаточность ее финансирования, что увеличение количества высокотехнологичного оборудования не восполняют дефицита человеческого тепла и милосердия в отношениях врачей и пациентов, что даже в хорошо оборудованном стационаре равнодушием и «холодностью» чиновничьего отношения или сугубо медицинских манипуляций можно душевно ранить пациента, снизив или исключив возможность его физического исцеления.

«В основе отношения врача к пациенту, к проблеме болезни, ко всей этике и философии медицины лежит сострадание, чувство солидарности, уважение и благоговение перед человеческой жизнью, отдача тому единственному человеку, который сейчас перед ним. Без этого медицинская деятельность может быть чрезвычайно научной, но потеряет свою суть», - говорил митр. Антоний Сурожский, замечательный православный пастырь и хирург.

Именно поэтому христианский подход к больному и умирающему не просто допустим, но должен стать единственно возможным подходом к человеку во всех медицинских учреждениях. Сострадание и любовь, эти сильнейшие и дефицитнейшие лекарства, вкупе с профессионализмом православных сестер и братьев милосердия сегодня составляют надежду отечественной медицины на возвращение страдающего человека от безликой единицы в чиновничьей отчетности к уважаемой личности, и как «материальный результат» - на снижение смертности в вымирающей стране.

Немного статистики. Рекорд смертности в России был установлен в 2000 году, когда «естественная убыль населения», превышение смертности над рождаемостью, составила 949 тысяч человек. Именно в этот период свыше 70% населения России находилось в состоянии затяжного психо-эмоционального стресса, вызвавшего рост депрессий, реактивных психозов, тяжелых неврозов и психосоматических расстройств, алкоголизма, наркомании и антисоциальных вспышек. Причиной тяжелейшего стресса  было, что не секрет, ухудшение качества жизни большинства населения России, связанное с затяжным социально-экономическим кризисом. Начиная с 2004 года трагическая тенденция несколько сбавила темпы, и к 2010 году ежегодно убыль населения сократилась до 241, 4 тыс. человек. К 2030 году, по оптимистическим оценкам, падение численности населения остановится, и в стране будет 145-150 миллионов человек. По более реалистическим прикидкам, падение численности стабилизируется на уровне 150-200 тысяч человек в год и тогда к 2030 году в России будет 115-120 миллионов. По более негативным оценкам, если нынешние негативные тенденции сохранятся, то темпы депопуляции усилятся, и к 2030 году в стране будет менее 110 миллионов, а к 2050 население может сократиться до 90 миллионов человек.

Среди причин смертности с большим отрывом лидируют сердечно-сосудистые заболевания, затем идет – онкология, и на третьем месте – травмы и отравления.

Среди социальных первопричин смертности эксперты называют кризис доверия между людьми, между людьми  и социальными институтами, а также кризис  веры в обществе. Каждый из нас сегодня одинок настолько, что подвергает большой опасности свои душевное и физическое здоровье, отваживаясь на контакт с учреждениями, в том числе медицинскими. Круговая порука бездушия губит нас, и радикальная медицина как последняя остановка на пути странствования страдающего человека в миру этот круг, к сожалению, замыкает.

Возможно ли в таких условиях Президентским указом «О совершенствовании государственной политики в сфере здравоохранения» (от 07.05.2012) исправить ситуацию, воплотить в жизнь «розовую мечту» госаппарата, командными методами снизить смертность от болезней кровообращения с 900 до 649.4 случаев на 100 тыс. населения, новообразований – с 210 до 192.8 на 100 тыс. населения, от туберкулеза – с 15 до 11.8 на 100 тыс.? И что ответит наша Церковь как специалист в медицине духовной на вызов смерти? Способна ли она одухотворить законодательные попытки в решении трагичнейшей проблемы нашего времени? Ведь официальными указами невозможно научить человека гуманному отношению к себе подобному, невозможно бизнес на спасении превратить в благотворительность, увеличением количества высоко технологичного оборудования компенсировать смертоносное равнодушие медицины, то есть победить главные причины нашего вымирания – человеческую разобщенность. Излечить ее может только Любовь – единственное, что объединяет всех. Любовь, рождающая милосердное отношение к людям, желание отдаваться бесстрашно во спасении.

Многим неравнодушным людям сегодня видится единственный выход: поменять распространенную формулу «Я и больной» на «Больной и я», где «я» - последняя буква в алфавите болезней и проблем, профессионально связывающих врачебный персонал с пациентами. Только тогда медицина спустится с бизнес-высот и вернется к служению. Для этого практикующим врачам с помощью православных миссионеров необходимо понять, что пугающий их «христианский подход» к больному - это не стремление воцерковить больного любой ценой, а  воплощение в общении с ним главных христианских идеалов любви и милосердия – в простейшей заботе сначала о болеющем теле (напоить, обезболить, поменять памперсы), а потом и о страдающей душе (заговорить именно о его жизни, о его боли, попытаться найти смысл в его страданиях, помочь либо перенести их достойно человеку, либо умереть, не теряя человеческого достоинства).  Только с пониманием этого администрации стационаров и поликлиник перестанут пугаться женщин с красными крестами на косынках и священников, предлагающих сотрудничество – во спасение пациентов больниц и клиник. Перестанут ассоциировать православие исключительно с ритуальной его стороной, непонятной и чужой человеку, не раскрывшему Господу своего сердца.

Во многих стационарах России этот процесс, как говорится «идет» - атеистический медперсонал, оставляя себе чисто технические функции, нерегламентированную инструкциями и «душевную» работу отдает добровольцам. И это уже неплохо – система отношений к больному не может быть изменена в корне, но эти маленькие компромиссы в рамках стационара способны дать надежду на выживание не одной сотне больных.

«У меня нет слов, у меня нет знания, но у меня есть ласка, у меня есть тепло, и этим я могу поделиться. Я могу сказать самую нелепую вещь, которая вдруг окажется самой нужной вещью для этого человека. Не искать формулировок, не искать каких-то доводов, а просто пожалеть, просто поласкать». (Митрополит Антоний Сурожский). Не с «умных» анализов – с этого и только с этого может начаться возрождение страны. Даже, если всю Россию ассоциировать с лечебным учреждением…

Рекомендуемая литература:

Митр. Антоний Сурожский «Материя и дух».

Митр. Антоний Сурожский «Что делать у постели умирающего».

Марина Удалова «Хоспис:  любить, просто любить».

Беседа 2.  Армия Любви: "Мы ведаем делами сердешными".

Опубликована на:

http://www.cofe.ru/blagovest/article.asp?heading=27&article=14666

 "Но Ты - все тот же, и лета Твои не кончатся". (Пс.101:27-28)

«О, великая вечная армия,

Где не властны слова и рубли,

Где все — рядовые: ведь маршалов нет у любви!

Пусть поход никогда ваш не кончится.

Признаю только эти войска…» 

(Булат Окуджава)

Хоспис. «А кто вы? Какая косыночка на вас…Вы нянечка? - Женщина смотрит внимательно. В глазах, этот взгляд узнаваем всегда – в больнице и на городской улице – страдание, ласка и жажда любви. – Сестра милосердия. – Отвечаю, немного стесняясь этого высокого звания – кажется, не дорасту до него никогда… - А вы молодая…» В представлениях многих сестра милосердия – такая бабушка, с которой общаются только по необходимости, а в прочих случаях избегают "скучных" разговоров…

А мы всегда молодые – Бог дает жить с Любовью и рядом с ней – в госпитале, в больнице, в хосписе. Парадокс? Ничуть! Вот 40-летняя Наталья – вдова, веселая выдумщица. Вот 20-летняя Женечка, студентка. Вот 27-летняя Юля, юрист и путешественница. Вот 50-летняя Татьяна, такая «теплая», что к ней всегда хочется прижаться. Мы ведаем «делами сердешными» - не только медицинскими манипуляциями медперсонала, ограниченного в своих возможностях строгими рамками должностных инструкций, времени и прейскурантов. Мы работаем на Жизнь до конца – в любых условиях, и любовь для нас, как сказал митрополит Антоний Сурожский, «это даже не эмоции, не чувства, а способность отдаваться бесстрашно». В слове «отдаваться» - жертва ради Христа, в слове «бесстрашно» - та «воинственность» земной Церкви, о которой громко говорить сегодня не принято. Армия Любви сегодня все та же.

Вспоминается Крымская война 1854 года. Из писем хирурга Н.И.Пирогова к А. А. Пироговой, книга «Война и милосердие»: «Дней пять тому назад приехала сюда Крестовоздвиженская община сестер Елены Павловны, числом до тридцати, принялась ревностно за дело; если они так будут заниматься, как теперь, то принесут, нет сомнения, много пользы. Они день и ночь попеременно бывают в госпиталях, помогают при перевязке, бывают и при операциях, раздают больным чай и вино и наблюдают за служителями и за смотрителями и даже за врачами. Присутствие женщины, опрятно одетой и с участием помогающей, оживляет плачевную юдоль страданий и бедствий».

«С участием помогающей» - вот простой ключик к пониманию портрета сестры, потерянный в условиях всеобщей коммерциализации медицины, в окружении равнодушной цифири отчетности и зарплатной униженности тех, кто по роду своей службы обязан держать больного за ручку, не избегая его молящего взгляда – в тщетном стремлении уравновесить отдачу собственного сердца с тяжестью собственного кошелька. Два разных пути – они несовместимы, однако любую душу, встающую на путь спасения чужой жизни, можно привлечь собственным примером жизни по заповедям в реальных условиях, будучи современными обществу и старомодными – во Христе. Не гонясь за «подвигами» - просто погладить по голове, поправить подушку, расспросить участливо, подойти к больному не по «регламенту». Личный жизненный опыт самоотдачи своим близким, опыт спасения жизни родных и друзей становится огромным подспорьем в сестрическом труде.

Мы, как и прежде, разные – со своими смешными привычками, увлечениями, наклонностями, но обязательно с вечностью в сердце – без нее в сестричестве не работают.  

«При перевязке можно видеть ежедневно трех или четырех женщин; из них одна знаменитая Дарья, одна дочь какого-то чиновника, лет 17 девочка, и одна жена солдата. Кроме этого, я встречаю иногда еще одну даму средних лет в пуклях и с папиросой в зубах. Это - жена какого-то моряка, кажется, приходит раздавать свой или другими пожертвованный чай. Дарья является теперь с медалью на груди, полученной от государя, который велел ее поцеловать великим князьям, подарил ей 500 рублей и еще 1000, когда выйдет замуж. Она - молодая женщина, не дурна собой. Под Альмою она приносила белье, отданное ей для стирки, и здесь в первый раз обнаружилась ее благородная наклонность помогать раненым. Она ассистирует и при операциях. …сестры до сих пор оказались так ревностными, как только можно требовать; день и ночь в госпитале. Двое занемогли; они поставили госпитали вверх дном, заботятся о пище, питье, просто чудо; раздают чай, вино, которое я им дал. Если этак пойдет, если их ревность не остынет, то наши госпитали будут похожи на дело». (Из писем хирурга Н.И.Пирогова к А. А. Пироговой, книга «Война и милосердие»).

Сестры милосердия – не те «ангелы», какими их рекламирует грех – безропотные, неспособные к сопротивлению греху. Ложное смирение перед ним делает невозможной жизнь по Божьим заповедям. И эта проблема уже прочувствована сестрами милосердия на собственном опыте работы в стационарах.  Нахамит молоденькая медсестрица больному и грех этот останется безнаказанным, если своим ложным смирением сестра милосердия поощрит ее поверхностные представления о Господе, как о «всеобщей толерантности», коей грех заменяет в мире Любовь. Любовь не бывает равнодушной!  И нет ничего страшного, если юное равнодушие будет научено спокойным советом, а застарелое пренебрежение интересами больных встречено активным подзаконным сопротивлением.

«… вот еще геройский поступок сестер, о котором я сейчас услышал и который уже, верно, известен вел[икой] княг[ине]: они в Херсоне аптекаря, говорят, «застрелили». Истинные сестры милосердия, - так и нужно, одним мошенником меньше. Не худо, если бы и с здешним Федором Ивановичем сделали то же. Правда, аптекарь сам застрелился или зарезался,- до оружия дела нет; но это все равно. Сестры подняли дело, довели до следствия, и дела херсонесского госпиталя, верно, были хороши, коли уже аптекарь решился себя на тот свет отправить». (Из писем хирурга Н.И.Пирогова к А. А. Пироговой, книга «Война и милосердие»).

Греховность, такую реакцию, естественно, встречает агрессией: «Как же ты, смиренная, не любишь меня?!» Любить и сберечь собственную душу и душу пациента – значит не дать унизить их греху. Разделить грешника и грех на практике служения сестры в больнице несложно – любое пренебрежение правами пациента – греховно. Но в системе, где унижение это стало традицией, сестричествам приходится крайне сложно найти общий язык с атеистически настроенным персоналом. Единственный выход – упорное следование Божьим заповедям без участия в традиционной борьбе самолюбий. И тут война не только с внешним грехом, но и с собственными страстями становится привычной и необходимой. Чтобы из сердца не ушла  вечность.

Для справки: Слово «милосердие» официально вернулось в медицинскую практику лишь в 1990 году. Изъято из употребления оно было в 1920 – приказом Наркома. 

(Для пояснений я намеренно использовала воспоминания хирурга Н. И.Пирогова – примеры сегодняшних дней известны каждому).

 

© sestr-elizaveta

Создать бесплатный сайт с uCoz